16:57 

Дахау. Город и концлагерь.

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Мы вернулись в отель и сняли на ночь бассейн. Проплавали часов до 4. София наколдовала - не бассейн там был. Потом пошли спать, но спустя час я уже вскочил.
Дахау... Город № 1 для моего профессора.

Комментарии
2010-06-19 в 17:15 

Sophia Aurelia Rosen
- Как думаешь, он утром будет вовсю кромничать рядом с гостиницей?
Ларс не спит, я это чувствую.
- А что для тебя этот город? Он что-нибудь может значить? Или ждешь встречи с двумя женщинами, которых в свое время Краузе увлек идеей беречь и любить себя?

2010-06-19 в 17:20 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Да. И потом. Когда я только начинал путешествовать - Ванф послала меня именнов Дахау. Но оттуда меня выдернул Кромм. Первый концлагерь, кадровый резерв всех остальных. Но если мне в принципе - Дахау- Заксенхаузен-Освенцим-Саласпилс- можно долго перечислять.... Увидел один концлагерь, знаешь все, они были однотипны... А вот для профессора этот лагерь - Единственный. Ну, и женщин хочу посмотреть, поговорить с ними. Профессор нас ждет в концлагере, и что-то мне подсказывает, что сегодня ему как раз не до нас будет. Пойдем на поезд? Я хочу город посмотреть до лагеря. Это ведь старый город, очень уютный, мекка художников 19 века.

2010-06-19 в 17:27 

Sophia Aurelia Rosen
- Давай тогда одеваться...
Одевание, сборы и завтрак много времени не занимают.
- Поехали прямо сейчас, пораньше? - спрашиваю, все еще блаженствуя с кофе и мороженым.

2010-06-19 в 17:35 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Я добиваю бифштекс. Профессор посоветовал нам какой-то билет купить, чтобы скидку везде - на электричках и в метро иметь, и вот мы готовы. Идем на вокзал. Первый ранний поезд, людей немного, мрачные, заспаные. Обычно в это время едут из Дахау в Мюнхен - тут работают многие, а живут - там.
А мы с Софией в этой сонной толпе выглядим вполне бодрыми, отдохнувшими. Хорошо иной раз использовать скрытые резервы.

2010-06-19 в 17:43 

Sophia Aurelia Rosen
Ларс озабочен насчет билетов, но... в общем, мы все равно в поезде и едем.
- Неужели так поутру туда, вечером - оттуда, и так всю жизнь практически? Не переутомляются люди?

2010-06-19 в 17:52 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
В больших городах даже если работаешь в том же городе иной раз приходится час-полтора на дорогу в один конец тратить. А тут комфортный поезд.
Я обнимаю Софию - и мы приникаем к окошку. Смотреть из окна поезда - это прикольно. Еще бы он не несся с такой скоростью.
Чертыхнувшись, я вылавливаю из кармана путеводитель.
Дахау (нем. Dachau), город в Германии, на юге земли Бавария), в 17 км от Мюнхена. Дахау основан в VIII веке. В нём проживает около 40 тысяч жителей, работающих, в основном, в Мюнхене.
География
Статус города Дахау получил 15 ноября 1933 года. После Второй мировой войны город рос в основном за счёт приехавших сюда переселенцев из Восточной Пруссии. Они создали целый квартал на востоке города. В результате этого роста Дахау 1 февраля 1973 года получил статус окружного центра.
История
Первое упоминание о Дахау относится к 805 году. В этом году представитель старинного графского рода Эрханна подарил епископу Фрайзинга свои земли, расположенные в месте под названием Дахау. Местность, в которой расположен Дахау, сама по себе не была благоприятной: на юге — болота, на севере — лесистые холмы, но город оказался на главной дороге, связывавшей Аугсбург и Мюнхен. Это обстоятельство принесло Дахау привилегии и деньги, а привилегии и деньги, в свою очередь, способствовали образованию здесь регулярных ярмарок. Первая из них упоминается в 1270 году. Но богатство привлекало в город и тех, кто хотел его отнять, поэтому Дахау знал и разрушения, и нищету, и голод. Особенно город пострадал во время Тридцатилетней войны. Дахау был осаждён и разграблен шведскими войсками.

В XIX веке Дахау открыли для себя художники-пейзажисты. Болотистая местность в эпоху романтической живописи стала в пейзажной живописи популярной темой. Многие живописцы оставались здесь на постоянное место жительства. Постепенно в Дахау образовалась целая колония художников, наряду с Ворпсведе, одна из крупнейших в Германии. С Дахау навсегда остались связаны имена Карла Шпицвега, Макса Либермана, Людвига Диля и других известных живописцев. На рубеже XIX и XX веков здесь шутили, что каждый десятый пешеход на улицах города — художник.

Дахау печально известен первым большим концентрационным лагерем, основанным в 1933 году. Третий рейх нацистской Германии держал здесь в заключении противников режима. Всего через лагерь прошли около 250 000 человек, из них около 70 000 погибли. После Второй мировой войны на месте лагеря создан мемориальный комплекс.

2010-06-26 в 08:59 

Sophia Aurelia Rosen
Я поискала и нашла вот такое описание: www.bayern-ticket.spb.ru/?q=node/6265
-Мне кажется, я бы именно по такому маршруту прошлась. И вокзал есть, и всякие достопримечательности.
И тут немного:
ddt-ru.livejournal.com/29689.html
Вокзал был немного непривычен: такое здание, больше на мельницу похожее, пожалуй.
-Ларс, мы тут гостиницу будем брать(ого!одиннадцать гостиниц, и это на город с населением в сорок тысяч!), или мы лишь до вечера тут?

2010-06-26 в 13:10 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Думаю, проще вернуться в Мюнхен, а утром, если появится желание,вернуться.
Надпись "Добро пожаловать в Дахау" меня вырубает. Я загибаюсь от смеха.
А вон и профессор, причем не один. Рядом с ним еще два призрака - молодой еврей и светловолосая фрау. Фрида и Леон. Ищу взглядом. Да, двое детей. Мальчик и девочка, обоим явно нет 10. От арийской внешности матери им ничего не досталось. ..
Мне становится не по себе.
- Они что, реально в концлагерь их поведут?

2010-06-26 в 13:44 

Sophia Aurelia Rosen
- Вот и спросим...
Я не знаю, что и думать. Правда. Мне кажется, они там не...
Я выжидающе смотрю на профессора - он же должен представить нас, конечно!

2010-06-26 в 19:13 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Профессор увидел нас, метнулся к нам - резво, по мальчишески. Еврейско-арийская семья неспешно направилась следом.
- Разрешите представить: доктор Леон Кон, его супруга Фрида, и дети Марта и Бруно. Герр Аларих Бартоли и фрау София Бартоли.
Леон протянул руку мне, Фрида склонила голову в знак приветствия. Мы обменялись рукопожатиями.
- Германн звонил мне, - сказала Фрида, - Говорил, что заказал вам повесть. Что же, к вашим услугам.
Бросила на профессора беглый взгляд.
- Я так понимаю, Германну будет сегодня не до герра Алариха и кого было ни было. Митинг. В английском смысле этого слова - множество встреч. Так что - полагаю, отпустим мужчин по делам. Сами погуляем по городу. К двум часам пойдем в лагерь. Там соберутся живые. Вам ведь нужно еще познакомиться с фрау Ульрикой, не так ли? А к полуночи я должна буду освободиться. Там митинг для наших. Захотите - можете поприсутсвовать, еслизнаете, как скрыть от живых свое пребывание на территории закрытого музея.

2010-06-27 в 00:02 

Sophia Aurelia Rosen
По городу, так по городу. Тем более, он довольно приятен.
Разумеется, снова мощеные улицы, немного изогнутые(в гору де идем!) улицы и вот уже набережная реки. Вода, чувствуется, холодная. Узенькая, с видимым течением... И набережная - просто эдакие бортики, мило кусты среди камней проросли.
-Что за река, Ларс? И куда мы идем - в крепость, или еще куда?
Тутт явно есть замок. Вот, кажется, что-нибудь для курфюстов - в таком городе обязательно властители Баварии себе нечто отгрохали.

2010-06-27 в 06:30 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Аммер или Ампер. Приток Изара. Наверно, обследуем старый город, - замечаю.
Дети тут держатся очень уверенно. Носятся, играют. Вообще - непуганные дети, явно любимые и несколько, как бы сказали некоторые, "избалованные". Мне нравятся. Они четко понимают свое равноправие со взрослыми и не сомневаются, что они имеют неплохие мозги.
Фрида, кстати, в отличие от большинства мам, не вертит головой, и не квохчет.
И не одергивает, когда сын полез в какуюто восхитительную лужу. Она правда была интересна - не лужа, разумеется, а остаток от разлившейся и вошедшей в берега реки. Там были головастики.
Я заметил, дети могут убежать и отстать, но они всегда следят за тем, где мама, и следуют за ней.

2010-06-27 в 09:06 

Sophia Aurelia Rosen
Дома, как и ожидалось, те, что постарше, с довольно маленькими окошками, в розовой и желтоватой штукатурке и с живописью. Очень мило. Возвышает, так сказать. Леон по сторонам тоже не смотрит. То есть, видит, конечно. У него, похоже, привычка диагноста отмечать лишь перемены.
- Знаменитых болот нет, а вместо них это водяное колесо и фонтаны у гостиниц?
Кстати, путеводителе упоминаются знаменитые пейзажисты немецкие. Насколько они знамениты?

2010-06-27 в 15:04 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- О! - улыбается Фрида, - Каспар Давид Фридрих. Он восхитителен.
У нее точная память и очень живая. Я улавливаю через некоторое время образы. София, думаю, тоже.
Это как бы альбом, причем с современной полиграфией.
Моему сердцу вервольфа и черного шамана явно близка эта.


А еще вот этот "Мечтатель"

2010-06-27 в 17:05 

Sophia Aurelia Rosen
-О, это уж точно тянет на определение "сумрачный немецкий гений". В смысле божества места. И колер все темненький, и эдак гиблые болотины все.

2010-06-27 в 17:56 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Романтизм, - пожимает плечами Леон, - Такое все тревожно-таинственное, будит воображение. Страшные сказки... Благополучные дети любят страшные сказки.
Мы, тем временем, поднимаемся на холм, к ровикам вокруг слившегося с соседними постройками замка, форсируем пешеходный мосттик.До открытия музеев времени еще час, можно походить, полюбоваться городом, поговорить.

2010-06-27 в 18:17 

Sophia Aurelia Rosen
- Я думаю. это не детские истории, и картины не для детей писали. а что, если наоборот - нагнать в скучной семейной гостиной жути, дать напереживааться в будуаре или спаленке всяких страданий, чтоб проще было снова переживать такую заурядную и предсказуемую жизнь? Без особых взлетов, но и чтоб падений не было.
Зелени очень много.Такая, немного недоухоженная, но обильная.

2010-06-27 в 18:26 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Я в детстве обожала этого художника, увы, тогда не было такой полиграфии. Но меня возили родители и сюда, и в мюнхенскую Пинакотеку, и по другим картинным галереям Германии. - замечает Фрида. - А потом, взрослой, мне это казалось уже скучным. ДО того...

2010-06-27 в 18:35 

Sophia Aurelia Rosen
Мы поднимаемся по очень и очень крутой лестнице. Я понимаю с врагами надо жестоко, а с посетителями?
Домики внизу - само очарование почти сельской жизни: маленькие участки с плодовыми деревьями, обильно покрывают стены и крышу виноград и плетистые розы... тишина, зелень, размеренная жизнь. И плавные обводы улиц. Тротуары мощены камнем.

2010-06-27 в 18:41 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Маленький рай, - задумчиво произносит Леон. - Тут можно жить и растить детей. Хотя согласись - Освенцим тоже весьма милый городок.
Дети тем временем уже одолели лестницу и затеяли беготню наверху Нормальные такие дети, если не считать, чтоони - призраки.
- Леон, как тебе удалость добиться того, что они смогли адаптироваться после Освенцима? Ну, обычные счастливые дети.
- Я психиатр, - пожимает плечами Леон, но улыбается довольно. Что адаптация детей - заслуга Леона - ясно. Фрида пережила их. Намного пережила. - да и повезло им. По-своему, конечно. Это кончилось быстро...

2010-06-27 в 18:46 

Sophia Aurelia Rosen
А меня так и манят шпалерные посадки. вот они - груши, кажется. пришпиленные как бы к стене. Ах, какая это тонкая и полная умелой любви работа! Каждую веточку твердо, с силой и бережением. направили и привязали, чтоб не было лишнего роста, чтоб плодоносила... ах, что за пример творческой любви!
Кстати - и не без секатора и прививочного ножа тут работа.

2010-06-28 в 04:50 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
София заинтересовалась посадками - деревья растут не как им на душу положит, а как человек велит. Черт, еще и плодоносит. Чтоб я так жил. Но выглядит красиво, даже очень.
А мне интереснее показалось смотреть на город с высоты.
Милый такой маленький городок.

Я даже создаю бинокль - из какого-то камешка, поднятого с дороги. Дети тут же пристают ко мне с просьбой дать посмотреть. Делюсь.
разглядывают. Марата долго рассматривает одно обычное на мой взгляд здание.

- Гимназия. Нам дядя Германн говорил. Мама хотела, чтобы мы учились в гимназии...

2010-06-28 в 06:59 

Sophia Aurelia Rosen
- Милый, это тоже, как бы, общение с людьми, но - с другими. Представь себе, что иные яблони живут по 180 лет. Представил? А еще садовники говорят, что сад живет до тех пор, пока жив человек, который за ним ухаживает. Это лучшее, что может быть в человеке - деятельно и по-умному любить.
Домики - да, это все обиталища,которые маленькие, на семью, и они очень такие... для рая на лишь живущих в них. Никакого всеобщего - каждый все-таки иной, чем соседский.

2010-06-28 в 14:38 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Да уж, порассказать они могут. особенно эти. Но я не умею слышать растения.
- Индивидуальность в рамках заданного обыкновения. Наоминает Толкиеновских Хоббитон.
Услышав знакомое слово, Бруно и Марта начинают наперебой рассказывать, как они любят эту книжку. Марте больше нравится "Хоббит", а Бруно - "Властелин колец", как выяснилось.
Вообще-то, говорят, некоторые женщины мечтают о детях, которые будут всегда маленькими. Но мне что-то кажется, что Фрида к таким не относится. Любимого ребенка Фриды зовут Германн Краузе. Я это понял по тому, как она глядела на меня, пока я играл с ее ребятишками. Вообще - это жуть - знать, что твои хорошие, умные, любопытные дети навеки тормознули на возрасте 7-9 лет.
Тем временем мы подходим к башне.

2010-06-28 в 14:44 

Sophia Aurelia Rosen
-Занятная башня... ни разу не годна ни к обороне, вообще как бы н к чему -просто "высоко сижу, далеко н6а всех сверху гляжу". А зачем она?
Ларс играет с детьми. Странно - он как бы все время отыгрывает ситуации, как бы они сложились, не будь он тем, кто есть. Вот сейчас - как бы он играл, будь у него непьющие родители и имей он младших брата и сестру или кузенов.
Фрида, похоже, в самом деле детей растила, как сад. Не как цветок на подоконнике. Или все же вот от сада остался этот "цветочек" - Германн, и на него, ка на те розы в сказке Андерсена, все ушло, весь остаток сил?

2010-06-28 в 14:57 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Поздняя, однако, когда надо было обозначить свое социальное положение, а не оборонть город. - предполагаю я. - Вот, теперь пригодилось, музей в ней разместили.
Музей закрыт - рано еще.
Но маленькие призраки летят уже дальше по дорожке, к клумбам и дворцу.

Большой дворец.
Марта начинает рассказывать мне про то, что она хотела бы быть Золушкой. Она играла ее в детском спектакле. Прощупываю осторожно почву. Да, это было еще при жизни - принца потом загнали в ту же душегубку, что и ее. Он тоже был еврей.

2010-06-28 в 15:06 

Sophia Aurelia Rosen
- Да, антураж для Золушки вполне подходящий: бальные залы... и принц такой понятный. Все, как в нормальной европейской семье - главное, не промахнуться с принцем, а уж потом ясно, как дорога будет складываться. Это двадцатый век уж накуролесил.
Какие прямые линии, как все аккуратно! И парадно. Только красоваться и чинно радоваться жизни.
Фрида, мне кажется, без удовольствия осматривает место. Что может туи не нравиться?

2010-06-28 в 18:11 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Я нахожу главную церковь Дахау - собор св. Якоба. Да, в бинокль выглядит впечатляюще.

Улочки приятные - жить на такой, наверно, здорово. И не скучно - во-первых, такая история, во-вторых - Мюнхен рядом. Опять же - музеи, библиотеки, интернет....
А еще - кто о чем, а вшивый о бане.


Кстати, там сегодня оживленно. Я так понимаю, собирается делегация. Духи снуют.
- Маглы, интересно, в это время что-то чувствуют?
- Ничего они не чувствуют, - тихо произносит Фрида. - Ничего не чувствуют, даже если хотят. А иногда они очень хотят услышать нас.

2010-06-28 в 19:16 

Sophia Aurelia Rosen
Музеи - может быть, прогулки по тихому городу - согласна, вот интернет... Действительно, Ларс с ним еще не награлся. Он практически по всей Европе, похоже, и не привлекает уже сам по себе никого.
- Они, те люди, которые хотят услышать - что-то, или кого-то хотят слышать?

2010-06-29 в 04:30 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- В 45 я хотела встретиться с детьми и Леоном. Не раньше - раньше мне было не до тоски по ним, я выживала... Они были рядом - долго, года до 53, я уже с Германном сошлась, а Леон был рядом, и дети. Потом Германн искал меня - и я была рядом, почти год, потом поняла, что бесполезно. Даже в сны к человеку трудно прийти. Вам, наверно, это не понять, вам это дано - видеть нас. На территориях концлагерей жили после войны сотни тысяч душ. Пока они устанут искать места,пока о них не вспомнили и не сказали. И заговорили о них маглы и ради своих, магловских целей. Или так. Сейчас впечатлительные посетители видят в концлагерях призраков. Тогда, когда их там заведомо нет. Кацеты пусты в этом смысле. Никому спустя 20 и более лет не хочется постоянно оставаться там.
И теперь нас придумывают.

2010-06-29 в 06:32 

Sophia Aurelia Rosen
-Отчасти... отчасти Вы правы, Фрида. Но лишь отчасти. Вспоминают и видят во снах, довольно реалистично и в совсем не тех ситуациях, которые уже прожиты в реальности. Не уверена... если все, что было - это немного детства-юности, то жесткое взросление и какая-то, но все-таки жизнь в борьбе навсегда оставляет там, где это было.

2010-06-29 в 14:00 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Видят реалистично, но совсем не то, чтомы бы хотели имсказать. Свое видят. Сон сну рознь. Ларс вон тоже не всегда видит результаты странствий души, а иногда - обрывки собственных переживаний, вывернутые в духе доктора Фрейда. Кстати, из тех, кто воспользовавшись правом возврата придет в Дахау - многие не пойдут на место кацета, будут гулять по городу. А на митинге соберутся ребята с таким вот темпераментом, как у Германна. Как бы так сказать... в общем, в средние века такие становились проповедниками, миссионерами, у наци шли в ведомство Геббельса, а у советских - в комиссары. Леон вот не пойдет. И Бруно непйдет. А Мартапойдет. Из нее выросла бы очень идейная такая дамочка при более благоприятном стечении обстоятельств.

2010-06-29 в 14:08 

Sophia Aurelia Rosen
Самое для меня интересное - откуда она, Фрида, знает про то, что и как видит Ларс? Мы же здесь впервые видимся, нет?
- Наверное, с доктором Фрейдом занятно теперь общаться? Или не довелось?
Проповедование - оно такое странное дело. Когда хочется сдвинуть гору из людей. Мне редко такое хотелось, и в основном - убрать с пути.
А этим?

2010-06-29 в 14:16 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Да, довольно забавно, он у мужа частый гость. Кстати, мир тесен. раньше, чем о Ларсе заговорил Германн мне сказал о нем герр Зигмунд. А тот услышал о нем от Ванф. не доверяйте свои тайны умершим - мы ужасно болтливы.
Фрида говорит обо мне так, словно меня нет. Интересно, она со всеми так держится, или медиумам особый прием.
В любом случае я краснею. Я знаю, какой сон мог толковаться дядей Фрейдом. Приеду в замок - Бертини ноги повыдергиваю. Хотя... Фрейд в этом сне ничего неприличного не усмотрел, скорее наоборот.

2010-06-29 в 14:27 

Sophia Aurelia Rosen
А я не знаю... и очень удивлена - отчего Ларс, все, кажется, познавший во мне и со мною(почти, конечно), вдруг краснеет? Ванф? Этой девчушки престарелой у нас давно не было... тогда это очень и очень для нас давнее дело.
- Куда-нибудь еще успеваем до начала? И, кажется, тут и живые будут?
Я знаю, что люди, связаные общими покойниками, все равно друг друга избегают.

2010-06-29 в 14:33 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Живые будут днем. Митинг в 12, а до этого - приезжают и бывшие узники, и родственники, и официальные лица. Германн по привычке туда пошел - он же это при жизни делал. А ночью будет наш черед. Приедет много народа. Ула будет среди живых, а Ксавер - это художник один, который единственный в Германне умудрился опознать сына Дитриха. не могу сказать, что друг семьи, скорее - мой друг, а Германна он не переносил, но вынужден был терпеть. Ксавер ночью будет.

2010-06-29 в 14:41 

Sophia Aurelia Rosen
Бывает... Это я про переносимость -непереносимость.
-Значит, такой большой разбег во времени? Отчего - чтоб не искушать себя возможностью общени я?

2010-06-29 в 14:48 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Чтобы на трибуне одновременно не стояли два оратора, - смеется Фрида. - Мы то вас прекрасно слышим. Как раз, чтобы была возможность спокойно посмотреть на своих живых, а уж носью пообщаться с теми, с кем хочется из наших. Вон Герман. Придете в лагерь - увидите, нарезает круги вокруг жены-сына-снохи. Не видела - он умер после митинга в прошлом году, но зная его - уверена. А ночью... я вообще не знаю, он, наверно, с ума сойдет. Куча народа - те, с кем он был знаком, те, с кем он незнаком, но хотелбы познакомиться, те, с кем он не знаком, но которые го хорошо знают и любят. Утонет бедный Германн в народной любви.- Фрида смеется. - Он необщителен. Ему трудно общаться сразу с несколькими. Этотебе не экскурсии вести.

2010-06-29 в 17:39 

Sophia Aurelia Rosen
- При жизни ведь как-то справлялся? - я не очень понимаю этого. в самом деле - кажется, ведь, умершие недолго сохраняют привязаность у тем, кого знали. Охладевают.
- Да, я заметила: он общителен лишь с парой, а лучше совсем одним одновременно, человеком. Ему бы череду встреч, причем со значительными перерывами на тишину. А как получается, что его любят зхаочно6 он не знает те, кто любитего?

2010-06-29 в 18:21 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Те, кто застал начало строительства музея, его экскурсии. Он дал им то,чего они хотели. В некотором роде - он отомстил за них. Некоторым из них он отыскал родственников. Живых родственников. Это очень важно для трагически погибших, - высказываю я предподложение. - Они хоть и невинные, а все равно - навье, а не деды.
Фрида кивает:
- А он их не видел, потому что они после 9 мая разошлись по домам. а рОждество и Троицу их тоже выпускают, но обычно они не тут проводят это время. Вот 2 мая- святой день.

2010-06-30 в 06:47 

Sophia Aurelia Rosen
- А сами по себе они интересны, эти люди, для Германна? Не как те, с помощью кого и через кого он все разбирается с прегрешениями родителей, а именно как люди?
Что у Краузе не особо общительный характер и полки водить он не собирался, это раза три мне объяснили.
Мне интереснее сейчас город, который в двадцатом веке лет пятьдесят был всеобщим пугалом. Каково живым жить тут, каково было Германну ходить и давить на мозоли всем, кто хотел, как прежде, жить в маленьком семейном раю на одну, именно его семью с любимыми, чуть избалованными, детьми?

2010-06-30 в 14:32 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- По разному. Думаю, знакомству с паном Сташкой он будет рад. Ему хотелось узнать этого человека получше. Ну, разумеется, с герром Беттельгеймом он раньше встретился и с герром Франклом. Думаю, он через некоторое время отсеет тех, кто интересен ему вне кацета от тех, кто интересен только благодаря кацету. Так было с живыми и так будет сейчас. Он не изменился с той поры. - отвечает Фрида. - А что до живых. Дети относились к нему куда лучше взрослых. Что-что, а скучно с ним точно не было.

2010-06-30 в 14:39 

Sophia Aurelia Rosen
Странно. Или, пожалуй, как раз нет: насчет этого мемориала надо спрашивать ту жену, которая еще жива.
- Разве?Мне кажется, все примерно одинаково: что дети, что взрослые, требования в дружбе, знакомстве или сотрудничестве одинаковые. И если на профессоре "где сядешь, там и слезешь", то любовь такая, относительная. При совпадении того, что профессор желает и может дать, с тем, что желательно взять, отошения очень и очень приятные и приятельские. А если желание взять куда больше, чем профессор готов от дать времени или еще чего, то... мне кажется, он готов просто удрать. И все. Это ведь не вызывает более, чем досаду?

2010-06-30 в 18:10 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Тут все иначе бывает. - отвечает Фрида, - Я отслеживала его работу. Мне это было дорого. Посещение концлагеря -обязательная часть школьной программы. О войне говорить больно, взрослые делают зачастую по принципу "для галочки", другие давят на чувство вины. А Германн приводит в лагерь и проходит с детьми все его круги. Но при этом он четко разводит: это не ваша вина и не ваших родителей. Я хотела бы сказать, что тут моя заслуга, но скорее - все же это Бруно Беттельгейм, его книги. Ответственность только за личные поступки, неприятие коллективной ответственности. еще он делал особый акцент - на немцах-антифашистах, тех, кто боролся с нацизмом. По крайней мере, не было у него истерик на тему "Мне стыдно быть немцем", и в то же время - есть чувство личной сопричастности. А теперь представьте,что бывает с родителями, когда ребенок приходит в свой маленький рай и обрушивает на них поток эмоций.

2010-06-30 в 20:20 

Sophia Aurelia Rosen
- Вполне. Например, как мои дети рассказывали мне про то, что было, когда наказывают рабов. Кто бывал рядом, выказывали недовольство таким неаппетитным интересом у детей.
Я подумала про это. Но, конечно, не сказала. Она поймет не так. Это все равно другая эпоха.

- Так за что профессора любили дети?

2010-07-01 в 04:34 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Наверно за то, что с ним не было скучно, потому что тема то у него специфическая, чтобы любить за приятное времяпровождение, - улыбнулась Фрида. - В любом случае, кода тебе кроме вежливого "Здравствуйте" на улице напоминают, что они были в "вашем музее" или что с ним ездили на экскурсию - признак того, что его выделяют. И еще - я что-то не припомню фраз "У... опять о войне. Злодеяния нацистов не должны быть забыты"
Последнюю фразу Фрида произнесла таким патетически-артистическим голосом, что я не удержался и прыснул.
- А что, передразнивают? - уточнил я.
- Еще как.
Леон, доселе державшийся чуть в стороне коснулся моего запястья.
- Вы оценили, герр Бартоли, как пристально и ревниво отслеживалась работа экскурсоводов моей женой?
- У нее были возможности сделать это незаметно, - кивнул я. - При взрослом дети вряд ли сказали бы правду.
- Нынешние высказали бы.

2010-07-01 в 09:17 

Sophia Aurelia Rosen
Дети всегда категоричны: "нравится" или "не нравится" - это в самых мягких выражениях. Нравятся же все искренние движения, или умело сделанные под искренность.
Леон для психиатра довольно странен. Они все были такие жесткие, безапелляционные. И неприятно-внимательные.
С другой стороны - они неизбежно во всем видели патологию.

2010-07-01 в 15:59 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Мы добрались до собора - довольно забавный оказался он вблизи. За счет рельефов. А вообще - этот хобичачий рай явно был не тем местом, где я проявлял бы большой интерес, скорее - я бы вполне комфортно тут жил.
Тем временем открылась Пинакотека.
- София, картины пойдем смотреть?

2010-07-01 в 16:17 

Sophia Aurelia Rosen
- Конечно, пошли! И не осуждай: когда дети, то все желают покоя и уверенности в сохранности. Подвиги нужны не в этом случае. Хотя все равно будут подвиги.
Что у Ларса интерес к тому, где дитя вообще неуместно и трагично недопустимо - это я в курсе.

2010-07-01 в 16:38 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Мы вошли в галерею. На самом деле там хватало всего - и импрессионисты, и экспрессионисты, но вот всякие ведьмы-дьяволы меня повеслили.

Карл Шпицвег. Мастер Ведьм.

2010-07-01 в 16:51 

Sophia Aurelia Rosen
- Да, интересный художник. техника вполне обычная, хороший уровень. Но... вот Гойя геневен, он страстный. а тут какбы сказали некоторые - злобный стеб. Над желаниями, над обывателями. Причем над просто местными, что ли, жителями.
Я посмотрела на "Демона-любовника"... да, Фрейду было на чем работать. Нескончаемо это.
-Тебе не кажется что художник, как подросток, и желает этого всего, и боится, что никогда ему этого не достанется, и потому обсмеивает для себя?

2010-07-01 в 17:03 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Имеет право, - заметил я. - Злится, критикует. Но может и вот так.

2010-07-01 в 17:20 

Sophia Aurelia Rosen
-Напоминает картины про сад Мане, да? Но там такие легкие краски, изумительная изящная светотень и атмсфера тихого любования. А тут - трагично, немного подчеркнуто неряшливо, все на грани разрушения6смотри, как ободран иоблезл дом, какая ядовито-желтая жзелень и цветы. как кровь. Особенно мила наглухо закрытая от воздуха фигура - среди сада во всем черном и коричневом, под черным зонтом. Теплового удара ждет?

2010-07-01 в 17:35 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Интересно, немцам свойственнен такойтрагизм или просто в эпоху попало.
Но вот как-то вспоминается Брейгель, Грюнневальд, Босх, и позже - Дикс тот же.
Оглядываюсь на призраков, но дети зависли возле Макса Либермана, о чем то говорят с папой, Фрида смотрит и не видит.
Плющит ее на невырастающих детей.

2010-07-01 в 17:56 

Sophia Aurelia Rosen
Я смотрю на простенькие, крепенькие личики и фигурки, подчеркнуто скромные и светлые одежды и постную физиономию женины. Ничего не понимаю! откуда целая одновозрастная группа детсадовская?!
- Есть старофранцзская скзка проМимозу: королева пожелала, чтоб ее самая миловидная дочка не вырастала. Так и прожила Мимоза ребенком при своих выросших, вышедших замуж сестрах и женившихся-расплодившихся затем умерших братьях! В сказке прямо мораль - не все так хорошо, как видится.

2010-07-01 в 18:12 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- А это и есть какая-то амстердамская школа. Им лет по пять, точно детсадники.
Фрида вздрагивает при упоминании Мимозы и торопливо отходит к какому-то очередному болотистому пейзажу.
- А сидят они чинно. И только за двоих поручусь, что не скучаюют. Та, что с более малнькой девочкой общается. Это противоестественно.
Про Фридиных-Леоновых это не скажешь - эти носятся, болтают, везде лезут.

2010-07-01 в 18:17 

Sophia Aurelia Rosen
Я чуть улыбнулась одними губами - Фрида хороша для детей, но мне с ней невыносимо скучно. Просто все, что она моет сказать, уже сказано.
-Так и этих застали в миг весьма удачный. дети, не занятые делом, найдут, на что направиь свое безделье. Эти ведь уже расползлись бы. А смотри - подчеркивается, что лавка низкая, что ковер кончается там, где детские ножки, и что за крохами не следят: вот, на переднем влане, спустились все чулки, девочка адать будет из-за них... и ножки мерзнут.
По идее, сейчас должен прийти учитель иначать учить - рассказывать им.

2010-07-01 в 18:24 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Их уже зашугали - они и когда за ними не следят уже не пойдут с лавки, а будут сидеть. И мымра та на заднем плане выглядит мирной, а поведи себя ребенок естественно - она тут же рыкнет, а то и хворостиной. Сидят, детки, и боятся лишний раз проявиться. Их видно,но не слышно. У нас ведь не так будет? - спрашиваю.

2010-07-01 в 18:33 

Sophia Aurelia Rosen
-Во-первых, у нас дети всегда будут разумно загружены: ведь вокруг так много свего интересного! А я не буду дурочкой сидеть с вязанием или штопокй.
Во-вторых... ты же сам не отлипнешь. так и будут вечно с рук на руки переходить. Какая хворостина? И зачем страх.

2010-07-01 в 18:45 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
тем временем мы миновали обличителей-романтиков и подались в залы импрессионистов, а за ними - экспрессионистов. Концептуальное искусство детям было явно не по нраву,зато Фрида явно смотрела с большим интересом.
- А Дикс тут есть? - спросил я.
Дикса не оказалось, зато его образы в сознании Фриды оказались в изобилии. Я уж забыл, куда смотреть. На стены или на вируальные образы.

2010-07-01 в 18:48 

Sophia Aurelia Rosen
И я поняла, где будет Артемизия время проводить - вечно у маминой юбки, а папу - уж серым волком запрягать. И вскачь по замку.

2010-07-01 в 18:58 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Оглядев экспозицию, пошли из Пинакотеки. Я снова глянул на часы. Приближался полдень. До лагеря, кстати, было километров пять, и ходил до него автобус. Вернее - автобусов было довольно много и на остановках стояла очередь. В массе своей старики, или старики в сопровождении молодых. Можно, конечно, было аппарировать....

2010-07-02 в 08:49 

Sophia Aurelia Rosen
- Аппарировать? Не пешком, наверное, не успеем?
Вообще я с трудом привыкаю к новому пейзажу, а уж держать направление илиискать нечто на новом месте дляч меня вовсе проблема. Только уж когда исхожу все не по одному разу, привыкаю и начинаю ориентироваться.
Поэтому предпочитаю все пешком обходить.
А ведь, если подумать, Эрмайнхоул у Ларса - то же самое, рай для семьи. Только масштаб другой. Но в сущности, это просторный дом с кучей родни и парк-сад вокруг.

2010-07-02 в 17:26 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Смотрю на часы. Нет, не успеем.
- Туда на автобусе, а обратно - пешком. Идет?
Мы становимся в очередь. Люди все перед нами чинно-скорбные, сногие с цветами, кое-кто - даже свенками. А еще я чувствую запах воска. Свечи. Они везут свечи.
София, что на счет этих?

2010-07-02 в 17:45 

Sophia Aurelia Rosen
- В смысле - насчет этих? Те, которые ездят с поминанием своих умерших?
Я вообще не очень сильна в таких отношениях. Надо им. Не знаю - у многих вот необходимость в обрядах придает осмысленность и ритм жизни. Это поводы для встреч. Узнать. что у кого изменилось. Или они по-прежнему как бы заботятся - отдают то, что хотели, да не успели отдать при жизни.

2010-07-02 в 18:04 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Больше протех, кто там побывал. Про то, какие они все разные, эти люди, но объединены сейчас вот в этом едином ритуале. Энергетика удивительно мощная, кстати. И еще - ведь многим из них после этого митинга плохо станет. Воспоминания, переезды. Но идут сюда - упорно, бередя затянувшиеся раны.

2010-07-02 в 18:09 

Sophia Aurelia Rosen
Как же иначе? у них часто ритм задан - дожить до этого дня, сделать, как должно. Чаще у женщин, реже у мужчин. И, вот так, выпонив свое обязательное дело, они чвсто на следующий день умирают. Ты же не знаешь - в Китае огромная статистика, говорящая, что старые женщины в массе умирают на следующие два дня после Нового года - семью собрали, обряд провели, можно и отпустить себя.
Единение в скорби - тоже важно. С теми, кто поймет.

2010-07-02 в 18:20 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Профессор умер сразу после окончания торжеств по случаю Победы. - я забываю об осторожности и говорю вслух.
И тут же понял, очередь насторожилась. Перешептывания типа:
- ГеррКраузе умер?
- Неужели вы не слышали?
- Майн Готт, он ведь совсем молодой.
- Он завещал похоронить себя в Дахау?
- Я потом покажу вам его могилу.
Это неуместно, но знали бы эти дедушки (преимущественно дедушки, женщин меньше, лагерь то в основном мужской) чем сейчас занят профессор. Я кусаю губы и делаю скорбное лицо.

2010-07-02 в 19:40 

Sophia Aurelia Rosen
- Ты думаешь, они его представляют себе иным, чем при жизни был? не тем же суетливым немного, озадаченным контактами и сбором информации?
Вообще-то у многих потом все сводится к застывшему мемориальному изображению. Ну, да все узнают, что надлежит, в свое время.
- А ты что веселишься? Я же вижу - старательно делвешь лицо. Что там?

2010-07-03 в 06:27 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Судя по выражениям, эти милые старички полагают, что профессор упокоился в раю. А он выбрал себе рай в их аду. разогнал всех призраков и живет в пустом кацете. Надеюсь, он не разочарует их? Кстати, по-твоему, он сильно отличается от того, что был при жизнни? Мне кажется, нет.

2010-07-03 в 06:44 

Sophia Aurelia Rosen
- Это ты такой оригинал, чтоб полагать, будто личное пожелание достойного человека много значило. Истинно верующие тем и отличаются, что считают, будто боги такие няньки-училки и лучше знают, как кому быть. Разведут, не спрашивая, по группам: радоваться, так радоваться, скрежетать зубами, так скрежтать. И без вариантов.

2010-07-03 в 15:20 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- И все же я надеюсь, что профессор их не разочарует восторженными рассказами о том, как здорово призраку в Дахау. Его не поймут, расстроятся, начнут гадать, за что его так. А я полагаю, что боги не имеют права решать за людей, где им быть. И я рад, что по крайней мере некоторые там думают так же.
Тем временем подошел автобус и мы как раз в него вошли.

2010-07-03 в 15:43 

Sophia Aurelia Rosen
Я еду с Ларсом, пока все еще те же пригожие улочки небольшого городка, и непонятно, что так напряженно и торжествено вокруг держатсся люди. То есть, сам город вполне обычен. Тепло, нежит солнышко, иногда налетает прохладный ветерок. Но чем дальше едем, тем более зметно, что вокруг все погружаются в то, что им предстоит. Каждый отделяется от других, незнакомых, своими воспоминаниями. своим предвкушением встречи.

2010-07-03 в 16:24 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
"И когда людей освободили - они не знали, что им делать на свободе и недоверчиво, скорее машинально шли к воротам. Никто не стрелял, и люди выходили из концлагеря, и шли в поля. Там тело - не разум, тело - осознавало, что оносвободно, а потом доходила эта мыль до разума. И тогда люди чувствовали столько злобы, что окажись рядом с ними кто-нибудь даже не изз охраны, просто вольные - они расправились бы с ними, по крайней мере - попытались. Но не было ни людей, и даже животных не было. И тогда в охватившей их злобе люди принимались вытаптывать посевы и ломать ветки деревьев. У них ничего не было, кроме злости. А потом они возвращались в лагерь. Потому что не знали, куда больше идти. " Это мне так профессор рассказывал.

2010-07-03 в 16:47 

Sophia Aurelia Rosen
Что некуда было тогда и там идти - верю. А что злобы столько... или они недавно там попали, или еще что... ведь это же лагерь "для исправления заблудших", да? Имелось в виду. что был срок, за который надо выжитб, и отпустят?

2010-07-03 в 16:51 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Имелось в виду. что был срок, за который надо выжитб, и отпустят?
Система была такая, что человеку с самого начала НЕ говорили, насколько его туда. На месяц или на пожизненно. Причем это было в 1933 году и было в 45. Насколько помню, это воспминание было у человека, сидевшего с 1942 года. Там говорят, кто мог выжить первые три месяца и не нарваться, не доплыть, не сойти с ума - у того резко повышались шансы выжить.

2010-07-03 в 17:06 

Sophia Aurelia Rosen
Но вообще-то он имел ввиду, что отсюда выходят? Так? Не было этого - "Только труд делает человека свободным"?

Тем временем, мы куда-то приехали. Все старички как-то смиренно взбодрились.

2010-07-03 в 17:20 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Дитрих, кстати, любил шутить. Подходил к заключенному, и доверительно сообщал, что вот де, по секрету скажу: узнал, что через три дня тебя выпустят. Ну, иногда через неделю, еще сколько- но не больше недели. А потом наблюдал. Тем более, оттуда действительно можно было и выйти. Особенно в начале - в первой половине тридцатых. Даже еврею. А теперь прикинь, что бывало потом. Самойбийства были, доплывали люди, "мусульманами " становились - ну, теми, которые уже ко всему безразличны, крайняя форма депрессии.

Мы пошли к выходу. Вот и надпись.

2010-07-03 в 17:52 

Sophia Aurelia Rosen
-Да, с выдумкой был господин. Неслабый такой. И что - так вот, целенаравленно ломал?

2010-07-03 в 18:37 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Профессор говорит - целенаправленно, а говорит он со слов того, кто был очевидцем и свидетельствовал потом против Краузе-старшего на суде. Художник Ксавер Венцель. Заклятый друг семейства Краузе-младшего. А еще он приносил нивелир и проверял им ровность заправки постелей. Там где другие просто сверяли по клеточкам на одеялах. А потом профессор долго скандалил с музейным художником: ему хотелось в бараки подушки, набитые соломой, поставленные кубиками, и одеяла с клеточками, а художник говорил, что голые нары драматичнее. Победил художник. Впрочем, профессор похвастался, что потом оторвался на крематории. Он - маленький, как на снимках.

2010-07-03 в 18:43 

Sophia Aurelia Rosen
То есть, такая система дурацких по сути, мелочных и вполне наглядных придирок? очень, я бы сказала, в духе мамочки Биргит. Все идеально как бы. Для порядка. Но я бы сказала, что излишний драматизм - это действительно лишнее. Жизнь среди смерти - это не стоит накручивать. Что-то до художника не так дошло. Не туда проникся.
И я пытаюсь заслониться от картин, которые так живо сплывают в мозгу. Атака при Ипре. Ее я видела.

2010-07-03 в 18:56 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Софии явно не по себе. И я обнимаю ее за плечи, прижимаю к себе, покуда мы проходим эти ворота, и идем на аппельплац - площадь перед административным зданием. Там сейчас музей. И кабинеты сотрудников.


Возле памятника уже море цветов: венки, букеты.

2010-07-03 в 19:07 

Sophia Aurelia Rosen
Я се больше и больше сжимаюсь от страха. Тут действительно целенаправленно ломали людей. Так обыйденно выглядят низенькие домики, так просто смотрится ограждение. И созданная атмосфера, все равно, какой-то неотвратимой жестокости. Цветы смотрятся странно - как воздаяние от тех, кто выстоял или кому повезло. В память о тех, кто с ними был и разделил это все.

2010-07-03 в 19:16 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Старики смотрят на нас понимающе: действительно, молодой парень и молодая женщина. Стоим, прижались друг к другуу судорожно.
Какой-то старик понимающе трогает меня за руку.
- Первый раз... у тебя здесь кто, дедушка?
- Прадед, - автоматически вру я.
- Понятно. Томми, военнопленный? - уточняет дед.
Я киваю. Путь думают, что я правнук англичанина-военнопленного. Мне так легче. Потому что неловко - подумают, что я из простого любопытства.
Вру, а сам машинально прикрываю голову Софии. нехорошее чувство - как будто выстрелят.

2010-07-03 в 19:20 

Sophia Aurelia Rosen
Его защищающая рука странно так усокаивает. Вот он болтает недолго с кем-то. Ладно, я справлюсь с этим. Это лишь тени страхов, в конце-то концов.
- Милый, ты мне хотел что-то тут многое показать, или встреч ждешь?

2010-07-03 в 19:25 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Понимаешь, я же дело профессора смотрел, я тут почти все знаю, вплоть до некоторых гвоздей и так далее. Тебе нужно походить-посмотреть? Я тебе могу даже экскурсию провести.
Вон барак. Экспозиция меня меньше впечатлила, чем этот барак, если честно.


2010-07-04 в 11:41 

Sophia Aurelia Rosen
- Конечно, покажи! Это же материал, который ты какбы переживаешь его глазами! Только уже взрослого Краузе, или того, маленького, похожего на подрастающего волчьего кутенка?
Поражает все та же подчеркнутая утилитарность.
Я бы не удивилась, если бы существовал норматив площади окон относительно длощади пола помещения.

2010-07-04 в 15:09 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Тогда начинать надо с того момента как человек покидает внутреннюю тюрьму Гестапо и едет в кацет.
В гестапо, как выяснилось, лучше. Едут в машине без окон, такой же фургон, как и в Советах. Может, людей везут, может, хлеб. Или еще какой товар. В гестапо ты был человеком, тобой интересовались, от твоей позиции зависело многое. А тут. Для начала тебя отлупят. Просто отлупят ни за что, могут и ранить, и медпомощи не окажут, а будешь вякать - отлупят еще раз. Причем это - для новичков. Если тебя повезут из одного кацета в другой, лупить уже не будут. Будешь просто сидеть в переполненном фургоне. Или пешком пойдешь. Но по крайней мере, такого ошеломляющего нападения уже не будет.
Выгружают.
Проходишь через те ворота, в которые мы зашли, выстраивают тебя на аппельплаце. Пересчитывают и гонят в здание за административным корпусом. В баню. Бреют налысо, а заодно - подмышки и лобок, всех одной бритвой.
Кстати, вот эта нагота - она очень сильно угнетает. Даже если медосмотр проводит лицо своего пола, а ты - мужчина - все равно, голый, лысый, лишенный индивидуальности - ты теряешь имя. После помывки тебе выдают одежду. Всем одинаковую. На ней нашит знак. Черный треугольник- асоциал (бродяга, проститутка), зеленый - уголовник, фиолетовый - сектант (свидетель Иеговы, почему то), розовый - гомик, желтый - еврей, коричневый - цыган, красный - политик или военнопленный. Соответсвенно комбинация. Черный-желтый - бродяга-еврей, коричневый - розовый - цыган-гомосексуал. Такого показывали при каждой экскурсии в Дахау, об этом в Нюрнберге рассказывал свидетель Йозеф Блаха. Номер. Он, кстати, только отчасти индивидуален. Выпустили (или умер, что чаще) подходящий заключенный - тебе дали форму второго срока. И номер перешел к тебе. Помрешь - твою форму с номером и треугольником дадут другому. Поэтому подсчитывать количество узников иногда сложно. Хваленая немецкая пунктуальность тут ни при чем - не всех учитывали, особенно после начала войны. Особенно военнопленных. Особенно - с восточного фронта.

Я невольно повторяю интонации и выражения профессора , хотя стараюсь говорить по-своему. Потому что в его экскурсиях самое важное было - его индивидуальность, он все через себя пропускал. Иногда, забывшись, устав - никогда нарочно - говорил я.
Мы пересекли, наконец, этот чертов аппельплац. Я все никак не могу отвлечься от мысли, что пространство открытое и на нем так легко пулю получить.

2010-07-04 в 15:15 

Sophia Aurelia Rosen
Да, весь плац - это такое незащищенное пространство, и тяжко чувствовать - тут ведь и вышки? С них отлично все простреливается.
- Потеря индивидуальности, потеря достоинства, потеря веры, что хоть как-то распоряжаешься собой. И еще - ты всегда в опасности и всегда виноват. Так оно?

2010-07-04 в 15:48 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Совершенно верно. - черт, снова интонации профессора -
Вот они - ограждения, проволока под током, а вот и вышки.


Обрати внимание, кстати, какие они благоустроенные. Это тебе не русские, где попка сидит исам мерзнет. Тут можно спокойно стоять, даже зимой - не замерзнешь.
Всякий, кто подходил к заграждениям слишком близко (вообще-то это охранник решал) рисковал получить пулю.
Бруно Беттельгейм,
- профессор вытаскивал портрет из своей папки, у меня она просто выскочила из памяти, эта картинка. - бывший узником того концлагеря говорит, что самое мучительное было то, что человека: взрослого, самостоятельного, с соответсвующими представлениями о себе - низводили до состояния нелюбимого маленького ребенка. Полное непонимание чего от него хотят, и при этом - никаких поощрений, только наказание. Кстати, интересная деталь. Как и у русских (профессор этого не говорил детям, но говорил Уле) у немцев уголовники имели особый статус. Именно из них набирался контингент надзирателей, старост бараков и капо - лиц, которые, будучи узниками, помогали администрации. Наверно потому так любили уголовников, что те не особо отягчены были моралью, зато отлично понимали иерархию и могли и охотно были жестокими.Мы дошли тем временем до той подобки, где заключенных осматривали, проводили санобработку и выдавали форму. Маленькое здание, весьма неказистое, коридоры обшарпаны.
Это приемный пункт.

2010-07-04 в 15:57 

Sophia Aurelia Rosen
- Насчет уголовщины, как опоры режима: видится в этом некое рациональное зерно - ведь тут важна личная преданность, учет немногих правил и отслеживание нюансов исполнения правил (опять же - потому что там важны именно личные связи, баланс физической силы, предусмотрительности, умения быстро и точно реагировать и вызывать сочувствие в массах). В обстановке интриг сверху и необходимости доведения массы людей до бессмысленного ужаса - очень подходящая сила.
Помещение убивает своим канцелярским убожеством. Хотя сама пооцедура важнее - но тут еще и хороша бюджетная скаредность и плановая обшарпанность.

2010-07-04 в 16:11 

Sophia Aurelia Rosen
- Да, именно уголовники там в качестве низшего звена администрации, нужны. С их упрощенными правилами и тонким чутьем на нюансы применения правил, личной преданностью, желательно знанием баланса сил и способностью вызывать нужный отклик при массовых действах. Да, это, кажется, и у русских бывало?
Главное - доносительство, открытость каждому взгляду, мгновеность наказания. И убожество. Чтоб душе негде было отрешиться - только совсем сжаться и замереть.

2010-07-04 в 16:23 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Есть такое понятие - коллективная ответственность. На это дело легко поймать любого. Задумал бежать - тебя то может и не убьют, но из твоего барака расстреляют или повесят совершенно неповинных людей. Нарушил правило. Накажут тебя - накажут и еще нескольких. Скрыл очевидное нарушение соседа - вздуют и тебя - не донес, и соседа, и того парня. Потом, кстати, янки пытались внушить немцам идею коллективной ответственности, и это их злило. А вот профессору Фрида сразу сказала: я и ты отвечаем за то, что лично сделали - и баста. А еще - Беттельгейму один старожил дал совет: тот отдвинул те помои, которые ему дали на обед, а старик ему сказал: Хочешь выжить: запомни три правила: съедай все, что дают, спи или читай, когда есть возможность, и оправляйся каждый раз, когда есть такая возможность. Три вещи, которые в лагере не заставляли делать.

2010-07-05 в 07:07 

Sophia Aurelia Rosen
- Именно так? Ухватывай, пока есть что ухватить? Довольно животные правила. И звериная хитрость нужна для выживания. Понятно, что коллектив тут не приживется. Одно дело - общая цель и связанность добровольно принятыми обязательствами другое - навязанные поводы к мучениям и смертям. Не те ассоциации возникают.
Как ты думаешь - американцы просто по своей самоуверенности победителей так поступали, или невольно шли по знакомому пути?

2010-07-05 в 16:52 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
-Я полагаю, с одной стороны враг редко имеет индивидуальное лицо. Это еще Чапек писал, что моджно есть свинину из поросенка, но есть Тонду нельзя. Даже если Тонда - поросенок. А чтодо системы коллективной ответсвенности - очень простой и хороший способ управлять людьми, которые ценят чужую жизнь и безопасность, разве нет?

2010-07-05 в 17:05 

Sophia Aurelia Rosen
-Я могу лишь помечтать об коллективной заинтересованности в результате, общей задаче. Но тут... всеобщая повязанность и всеобщий ужас. И причем здесь Тонда-поросенок? Убивать в первый раз - ужасно. Даже если это совсем-совсем незнакомое существо. Это травма на всю жизнь Другое дело - если потом все становится серой неразличимой массой. Отстранение от собственного переживания.

2010-07-05 в 17:24 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Когда американцы начали тыкать носом немцев, как нагадивших котов, в фашистское дерьмо, они поступали по тому же принципу, что и администраторы кацета. Неосознанно, конечно. Трудно после войны за гадом-фашистом видеть всяких отдельных гансов-фрицев-вилли, из которых, допустим, Ганс - сволочь виноватая, а Фриц вообще силком на фронт пошел, а Вилли втайне помогал коммунистам.

2010-07-05 в 19:48 

Sophia Aurelia Rosen
-Или осознанно? Ведь, что ни говори, репарации и узаконеный грабеж был. Тогда надо, чтоб все были враги и их пособники, все виноваты и должны... всем, причем. И навести у всех порядок.

2010-07-06 в 05:05 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Полагаю, не все те, кто водил в концлагеряы экскурсантов, были в теме, кто-то просто злобу срывал. А знаешь, нацисты тоже водили в Дахау экскурсии, причем не только всяких там генералов и чиновников К;расного Креста. Йозеф Блаха рассказывал: была сцена. Тащат 10 заключенных тяжелый блок вместо лошадей,навстречу - группа фройляйн с гидом во главе. Гид: "Видите, какие лентяи! Лень запрячь пару лошадей, так тащут!".
Люди часто видят то, что хотят...

2010-07-06 в 09:53 

Sophia Aurelia Rosen
- Если именно так реагировали, то, значит, играла свою роль общая установка на то, что все немцы- нацисты. И враги человечества. Постой: как это, группа фройляйн и заключенные? Экскурсии были, что - и при собствено наци?
Я несколько сбита с толку - это же е заводы Форда, водить экскурси, это режимный объект! Или все остальное население так просвещали и дисциплинироали, чтоб знали, каково быть внизу пирамиды устрашения?

2010-07-06 в 14:44 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Блаха показывает, что экскурсии были. Посмотри на лагерь:

Идеальная чистота, порядок, если не показывать наказания, опыты над людьми, доходяг, газовые камеры во время работы. Даже крематорий - маленький, уютный - не напугает. Ну да, люди могут умереть везде, и эти фройляйин тоже предполагали, что их могут после смерти кремировать. Это весьма эстетично и могила потом красивая и маленькая.
Дахау был образцово-показательный лагерь, методический центр всех лагерей, так отчего бы не показать эти лагеря так, чтобы они выглядели местом, где гуманно наставляют на путь исправления воров, убийц, цыган-гомосексуалистов и противников фюрера?
Вон там, в помещении - там музей. Там есть то, что экскурсантам не показывали.

2010-07-06 в 15:02 

Sophia Aurelia Rosen
Ты хочешь сказать, что это, примерно как фабрику или скаутский лагерь более-менее представляли себе все? Совсем-совсем все знали про это, как знают про правила движения или денежную систему? Как то, с чем так или иначе все равно имеешь дело? Перевоспитание. Часть системы подавления граждан государством. Придавить, чтоб прочнее гсударство стояло.

2010-07-06 в 17:37 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Разумеется, знали. Что есть лагерь. Что в нем наказывают врагов фюрера и убивают неполноценных: психбольных или инвалидов, например. Дети вблизи психиатрических ч лечебниц ругались не "Чтоб ты сдох", а "Тебя на психу надо взять" - подразумевая, что потом уничтожат. В то время как большинство, наверно, не знало подробностей. Для профессора не было секретом место работы отца, но стали откровением дистрофики и кучи умерших. А потом - посмотри на это фото. Им придан вид отталкивающий, этим аключенным. Сперва видишь дегенеративный вид, особенно - если не хочешь видеть дистрофии.

2010-07-06 в 20:35 

Sophia Aurelia Rosen
-Ах, да: еще и евгеника же пропагандировалась. Отбор-селекция. Образцы арийцев, божественно-правильные и могучие, с одной стороны, и все неугодные-точно напротив. То есть промывание насчет "они сами такие и они виноваты"?

2010-07-07 в 05:07 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Да, и это тоже есть. Если человек свято уверен в своей правоте, даже если его носом ткнуть в дерьмо, он будет доказывать, что дерьмо лежит правильно, по другому нельзя. Я уже начинаю удивляться: а почему профессора с его уверенносстью, что так надо, прошибли те трупы. были ведь лазейки для сознания: это фаольшивка, вы это нарочно сделали! Или так: они лучшего не заслуживали! Да ведь он, к конце-концов, мог зацепиться за то, что трупов охранников там валялось не меньше. Было восстание заключенных, потом пришли американцы и постреляли тех, кто не слинял. Дитрих же уцелел, потому что переоделся в штатское по совету своей женушки и был пойман довольно далеко от Мюнхена.
Я прикрываю глаза, пытаясь вспомнить, что же именно такого было в том,что увидел профессор в Дахау 45 года.

2010-07-07 в 05:07 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Да, и это тоже есть. Если человек свято уверен в своей правоте, даже если его носом ткнуть в дерьмо, он будет доказывать, что дерьмо лежит правильно, по другому нельзя. Я уже начинаю удивляться: а почему профессора с его уверенносстью, что так надо, прошибли те трупы. были ведь лазейки для сознания: это фаольшивка, вы это нарочно сделали! Или так: они лучшего не заслуживали! Да ведь он, к конце-концов, мог зацепиться за то, что трупов охранников там валялось не меньше. Было восстание заключенных, потом пришли американцы и постреляли тех, кто не слинял. Дитрих же уцелел, потому что переоделся в штатское по совету своей женушки и был пойман довольно далеко от Мюнхена.
Я прикрываю глаза, пытаясь вспомнить, что же именно такого было в том,что увидел профессор в Дахау 45 года.

2010-07-07 в 06:49 

Sophia Aurelia Rosen
Даже так? То есть, ты думаешь, сознание будет цепляться за прежнюю правильную картину мира, где он и его семья хорошие? Если так задалось, что правила оценки виденного все-таки были ближе не к общесемейным ценностям, а к всеобщим...
Странно все это. В ребенке точно сложилось представление о том, что трупы - это нехорошо, илиприхваченный там тиф сделал свое дело?

2010-07-07 в 13:31 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Человек не любит чувствовать себя плохим. Найти оправдание всегда можно. Отсюда мораль - у ребенка должен был быть и раньше пунктик. Отношение к насилию как к плохому. Или желание поискать в плохом - хорошее. Может, склонности к адвокатству. Я не верю в инсайты и перемены, произошедшие в результате шока. Шок может подтолкнуть. Позволить осознать. надо бы порыться в его играх, что ли.

2010-07-07 в 13:47 

Sophia Aurelia Rosen
-А не может наложиться именно последующее болезненное состояние? восприняться как часть ужаса, как составная часть всего нехорошего? И странно - был ли пунктик к насилию вообще? дети не умеют сопереживать страданиям, чужой боли. Они жутко бесчувственны. если их не приучают к состраданию. Это уж точно я знаю.

2010-07-07 в 15:43 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Разное может быть. Этот ребенок мог просто интересоваться жестокостью. Надо посмотреть, не бил ли он игрушки, не был ли особо интересен ему рассказ с жестокостью и так далее. Интерес к жестокости как теме. И потом... Ну да. После болезни - у него ж бред был, и я не знаю, что он там набредил. Был суд. И там отцовские поступки квалифиуировали как преступление. Может, это он потом все запомнил как перелом, а он мог быть растянут во времени. Даже скорее был растянут. Болезнь, потом суд, потом уже решение.

2010-07-07 в 15:54 

Sophia Aurelia Rosen
- Да, наверное, сознание сопротивлялось, а потом стерло всю боль переоценки. Ведь другие - они что угодно могут говорить, даже если их много. Но очень долго, и если еще и свои... к примеру, как там насчет сестер? ведь и их судьба там крошилась и ломалась, и братья не уцелели?

2010-07-07 в 16:02 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Одна жила отдельно, вторая спряталась в штанах янки от остальных янки. Одна, по крайней мере, резко отдалилась и срывала все, что могла, на семье. Брат. Вот стем братом, что вернулся из плена у него вполне нормальные отношения, с Брюн - почти теплые, а с Хильдой - неприязненные. - задумался я вслух. Тем временем мы идем по экспозиции.


2010-07-07 в 21:15 

Sophia Aurelia Rosen
- Наверное, подобных свидетельств активности отца наш профессор насмотрелся на процессе? И все показывало, что папа - плохой? И семью не защитил, и вообще...

2010-07-08 в 05:04 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Наверно, и так. По крайней мере, то, что рассказывали об отце свидетели - впечатляло, и у мальчика, судя по всему, не было сил цепляться за светлый отцовский образ. Давай не будем забывать - до 1947 года, когда судили Дитриха, был 1946, Нбрнберг, и будущий историк внимательно следил за процессом. Радио слушал, газеты читал - что само по себе для 12-летнего мальчика забавно. А тут еще мама подлила масла в огонь - отругала его за чтение такой вот газеты. Он стал прятаться и читать. Привычный мир рушился. И Рушиться он начал до сорок пятого года - в 1943 уже стало горячо, а в сорок четвертом - вообще лихо. В Сорок пятом еще и голодно. А папа, кстати, на фронт не ушел.

2010-07-08 в 11:06 

Sophia Aurelia Rosen
Голодновато было и в сорок пятом, наверное, и в сорок шестом и здорово долго после. Это, еще и бомбежки, навлеченные взрослыми, дети запомнили и не простили. Не простили, наверное, появление самоуверенных и грубых янки, враз ставшими такими вульгарных сестер, и заодно все свои подростковые проблемы. Все свалилось в одну кучу - страх за свою жизнь, унижение, что теперь вот он не сын красивого и властного папы, а сын преступника, мучителя, оказывается. Когда ребенок взрослеетон подчеркивает свое отличие от родителей, а здесь перечеркивалось сходство, я думаю.

2010-07-08 в 14:07 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Да. Отрицание сходства, хотя оно очевидное. И внутренне, мне кажется, тоже.
Мы идем дальше.


Медицинские эксперименты по резкому изменению давления, исследование малярии и так далее.
Доктор Рашер и его жертвы.
читать дальше

2010-07-08 в 14:09 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
читать дальше

2010-07-08 в 14:10 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
читать дальше

2010-07-08 в 14:12 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
читать дальше

2010-07-08 в 16:02 

Sophia Aurelia Rosen
Я просматриваю это. С большим трудом, но просматриваю все.
Все плохо, все: и то, что и как было сделано, и то, как об этом говорится. Все делается с намерением произвести самое отталкивающее впечатление. Нет логики, кроме мучительства. Кстати, мучительства над теми, кто будет смотреть и читать. На всех содеянное должно оказать мерзкое воздействие.

2010-07-08 в 18:36 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Почему нет логики? Вполне утилитарные были исследования, если разобраться. Вопрос, что над людьми, и над подневольными людьми. Вот у Йозефа Менгеле в его исследованиях я логики не всегда нахожу. Доказывать что карие еврейские глаза не могут стать голубыми арийскими, впрыскивая пигмент...
- Люди, имевшие абсолютную власть над людьми, не имевшими никаких прав. Знаешь, есть такой фильм, Зонненшайн. Там Файнз сразу три роли играет - деда, отца и сына евреев. Так вот сын рассказывает брату деда, как убили его отца. Его убили на глазах всего строя, убивали мучительно долго (водой на морозе обливали), и сосед держал сына, чтобы тот не бросился и не наделал глупостей.
- А сколько было охраны? - спрашивает старик, никогда не ьывший под оккупацией.
- Человек десять-пятнадцать.
- А вас?
- Больше тысячи.
- Так почему же вы не сопротивлялись?
А ведь не сопротивлялись, два эсесовца спокойно конвоировали сотню человек по безлюдной дороге и никто не дергался.

2010-07-08 в 18:49 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
куда пост делся?

2010-07-08 в 18:49 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
что за нафиг?

2010-07-09 в 12:23 

Hermann Krause
Почему нет логики? Вполне утилитарные были исследования, если разобраться. Вопрос, что над людьми, и над подневольными людьми. Вот у Йозефа Менгеле в его исследованиях я логики не всегда нахожу. Доказывать что карие еврейские глаза не могут стать голубыми арийскими, впрыскивая пигмент...
- Люди, имевшие абсолютную власть над людьми, не имевшими никаких прав. Знаешь, есть такой фильм, Зонненшайн. Там Файнз сразу три роли играет - деда, отца и сына евреев. Так вот сын рассказывает брату деда, как убили его отца. Его убили на глазах всего строя, убивали мучительно долго (водой на морозе обливали), и сосед держал сына, чтобы тот не бросился и не наделал глупостей.
- А сколько было охраны? - спрашивает старик, никогда не ьывший под оккупацией.
- Человек десять-пятнадцать.
- А вас?
- Больше тысячи.
- Так почему же вы не сопротивлялись?
А ведь не сопротивлялись, два эсесовца спокойно конвоировали сотню человек по безлюдной дороге и никто не дергался.

URL
2010-07-09 в 12:27 

Sophia Aurelia Rosen
Пришибленность тех, кто на себе почувствовал прелесть беспомощности, страх за себя при осознании - никто не поможет. Как это понятно мне. Раздавленность протеста до времени, превентивно. Когда хватают, словно домовитые хозяйки кур для завтрашнего обеда с гостями, выбирают и как бы не бегал и хлопал крыльями - ты обречен. Внушить это - большое достижение. Именно этим ведь Дитрих и занимался?

2010-07-09 в 17:37 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- У Дитриха это получалось отменно. Не зря ему давали стажеров. Он умел сломать волю легко и походя.
Про Сташку слышала? В общем, дано: группа заключенных, среди которых находится шляхтич пан Сташка таскает камни. Охранник (не буду говорить, что Дитрих, но они все одинаковы, вернее, Дитрих не единственный талант) замечает: два зека таскают камешки, выбирая поменьше. Он вызывает их и велит рыть яму. Они роют. Потом СС велит им встать туда, подзывает пана Сташку и приказывает засыпать. И тут случается бунт. Сташка отвечает: не буду. Вот чтос ним делать,с этим паном? Шлепнуь? Но бунт то не подавлен. Как ты думаешь, что сделал СС?

2010-07-09 в 17:40 

Sophia Aurelia Rosen
-Я боюсь оказаться слишком талантливым ломателем. Он приказал тем двоим вылезти и закопать этого сташку, что те и сделали?

2010-07-09 в 17:41 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Да, это было. А дальше? - я уже забылся и говорю вслух.

2010-07-09 в 17:47 

Sophia Aurelia Rosen
Я пожимаю плечами:
- В зависимости от прыти тех, кого там мучили, то либо он вылез да тех прикончил, либо те двое оказались проворны. А охранник при любом раскладе получил убийцу сломленного, или двух.

2010-07-09 в 17:52 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
немногоне так. Те, двое, рисковать естественно не собирались и вознадеялись выжить истали Сташку акапывать. Когда они зарыли его по шею, СС приказал Сташку назад откопать. Причем Шнеллер-шнеллер. Сташку вынули, поставили тех двоих в яму, дали сташке лопату и велеоли закопать. И Сташка, видимо или слишком много перживший, или поверивший, что и на сей раз не закопают до конца, взял лопату и стал засыпать. Пока не засыпал.
Народ оглядывается, хотя я говорю шепотом.
Одна фрау что-то слишком внимательно смотрит на меня.
- Что? - не выдерживаю я.
- Пытаюсь вспомнить, в каком классе вы учились, и не могу. Вы ведь закончили гимназию недавно?

2010-07-09 в 17:59 

Sophia Aurelia Rosen
- В общем, по первому варианту.
И тут меня удивляет желание дамы вспомнить моего мужа в качестве ученика-гимназиста. С чего бы это?

2010-07-09 в 18:04 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- А почему вы решили? - я растерялся.
- Вы молоды. Вчерашний школьник. Доктор Краузе уже давно не водит тут экскурсии, разве что по старой дружбе - для гимназистов... Но я не припомню вас в гимназии. А что вы слышали экскурсию доктора Краузе - это несомненно. Его интонации, напор.

2010-07-09 в 18:09 

Sophia Aurelia Rosen
Я усмехаюсь: наверное. самой фрау профессор очень нравился. так, платонически обожала, раз захотела и увидела сходство.
Конечно, у Ларса будут некоторые моменты сходства - появятся несвойственные интонации, обороты, еще и резкость немальчиковая.
Сам Краузе явится не здесь, а на бумаге, и в отдельных файлах все на том же ноутбуке.

2010-07-09 в 18:24 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Нет, я не учился в гимназии, фрау, но мне приходилось слушать экскурсии доктора Краузе. Мой отец был с ним приятелем, - не моргнув глазом, вру я.
- Я была еще девочкой, он водил у нас. Помню, когда он водил наш класс, к концу экскурсии мне было так же трудно выйти из лагеря, как тем людям, что были освобождены. Я чувствовала себя так, будто все это - она обвела рукой экспозицию с фото - произошло со мной. У него был дар создавать это впечаталение.
По счастью, фрау не углубляется в подробности, и мы идем дальше.
Фото. Наказание узников.

Работа в каменоломнях.

2010-07-09 в 18:31 

Sophia Aurelia Rosen
- До чего деятельны были, просто никакого покоя у них, - я уже откровенно досадую. Тяжело это все. Очень. Публика,работавшая тут, явно последовательно перебрала все знания по физиологии, все свои детские и подростковые больные фантазии и страхи, и с примерным тщанием развивала эти болезненные стремления. Как они себя воображали свободными, создавая зависимых и беспомощных в таком количестве, людей, просто дурь и ослепление.
- Интересно, а авторов проекта тут в состоянии заключенных не побывало? Ведь, как показывает практика, у вершины власти всегда идет ротация, и тех, кто наверху, периодически уничтожают. Причем обязательно морально уничтожают.

2010-07-09 в 18:46 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Этого - уже нет, а в первом проекте ведущий научный сотрудник - еще не доктор Краузе, который перерыл кучу фоток, и потом требовал максимальной точности и без "художественных" решений. Художник хотел нечто в стиле памятника на входе и вот этого:
, профессор - воспроизведения фотографий и интерьеров в точночсти, без всяких художеств.
С художником - примерно его возраста, они к концу реализации проекта просто друг на друга не смотрели. Профессор говорил с ним только мурлыкающим таким полуголосом и не смотрел на него. Художник точно копировал жесты. А рабочие за глаза звали нашего еще непрофессора герр Комендант и шутили, что газовую камеру и крематорий он примет только после того, как на себе опробует. Зато Краузе таскал сюда в лагерь тех, кто,возможно, есть на этих вот фотографиях. И с безжалостностью ребенка требовал уточнений. Особенно оторвался он на некоем Ксавере Венцеле. Тот был неплохой художник, экспрессионист. Но при реконструкции кацета считал, что это не картинная галерея, и потому просто следовал документальности. А память у него была идеальная. В общем, бедолаге Ксаверу не везло с Краузе. Сначала на нем оттоптался Дитрих, через двадцать лет - Германн. Фридриха он не дождался - умер.

Я снова перехожу на мысленную речь, потому что не хочу привлекать фанов профессора.

2010-07-09 в 18:56 

Sophia Aurelia Rosen
-Да, художества тут лишние. Я думаю, глаз последующих поколений увидит все не так, как видели современники и первые потомки. Поэтому важна документальность. Переосмысление уместно в другом месте. Художество всякое.

2010-07-09 в 19:02 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
В общем, профессор где-то выиграл, где-то проиграл, недовольны остались оба.
А вот одно из орудий наказаний.

2010-07-09 в 19:05 

Sophia Aurelia Rosen
Странная, заурядная по виду скамья, в которой ужасно неудобно устраиваться сидеть - все на середину будешь сваливаться.
- Ларс, это что за практично-простое? Только без жути - а то я просто убегу отсюда и вообще от тебя.

2010-07-09 в 19:15 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Тут трудно без жути. Если не убежишь, то я скажу, что это такое, да ты сама, скорее всего, догадалась. читать дальше
А вот подлинные карты. Игральные.

nnm.ru/blogs/dubaimlm/igralnye_karty_zaklyuchen...

2010-07-09 в 19:31 

Sophia Aurelia Rosen
Я мельком просматриваю изображения. Да, это я все так или иначе все видела, знаю, но не так же сразу кучей, доведеное до обыдености! все изобретатели сами считали это эксцессом, единичным!
-А еще где-то в европе есть, говорят, музей пыток. Надеюсь, врут.
Уйдем отсюда.

2010-07-09 в 19:37 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Я киваю. Здесь действительно тяжко, и еще тяжелее - вне экспозиции, там, где профессор все же победил. Там документально все, и от этих нар, унитазов, умывальников и прочего - совсем худо становится.
Обнимаю жену за печи и вывожу из здания.
- Вообще пойдем из лагеря?

2010-07-09 в 19:46 

Sophia Aurelia Rosen
я слабо улыбаюсь:
- Мне бы пробыть в саду. Несколько минут.

2010-07-09 в 19:51 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Значит, пошли отсюда и пешком в старый город.
Тут нет ничего, что бы я не знал уже - это было в деле профессора. Вот ночью... Тело оставлю, а сам - сюда. Если тебе тяжело - ты не ходи, хорошо. И еще - вот адрес Улы. Посидим у ее дома,подождем?

2010-07-09 в 21:28 

Sophia Aurelia Rosen
-Да, конечно, - я киваю и иду с ним. Не поняла это Если тебе тяжело - ты не ходи, хорошо. - мне лучше не ходить, или как? Я-то в любом случае могу попасть практически куда угодно и увидеть всех, кто там будет. - можно и посидеть - а как это?

2010-07-10 в 06:17 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Это в смысле того, что твое присутствие, конечно, помогло бы мне заметить что-нибудь дополнительно к тому, что увижу я. Но если это мероприятие тебе тягостно - а оно тебе тягостно - я не могу настаивать на твоем присутствии. И если ты не захочешь второй раз идти в кацет, я пойму. Но я то туда пойду. Я ни разу не видел, как проходят подобные мероприятия у призраков.

2010-07-10 в 09:45 

Sophia Aurelia Rosen
А сейчас разве помогает? Вот именно сейчас? Я вот заметила, что. когда ты спрашиваешь меня, как бы там поступил охранник, я и отвечаю с точки зрения ломания духа через тело. Довольно неприятно, но это я умею. А ты не видишь этого. Ты рассказываешь дальше с точки зркения свидетелей или потерпевших, то есть Дитриха и им подобных ты не... нет их в тебе.

2010-07-10 в 09:48 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Так я во-первых,ответ знал, во-вторых, я еще не готов жить за Дитриха. Как говорил Амон Гет в "Списке" "И это я тоже должен делать!"

2010-07-10 в 09:56 

Sophia Aurelia Rosen
Именно: у тебя был ответ от свидетелей и ты с ними. Не с теми, кто был на Нюрнбергском процессе обреченным ответчиком. И, если тебе нужен голос Дитриха, то придется сделать и это. Иначе книга будет монологом спора мальчиика со всеми. кто был и влиял на него.

2010-07-10 в 10:01 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Да, придется. Но пока мне дался для понимания только один человек. А он касался лагерей поскольку заведовал оборонкой. Это Альбрехт Шпеер. В смысле, что этого я заглотил и не стошнило. На остальных, покуда, увы... Но проглочу. Придется.

2010-07-10 в 10:07 

Sophia Aurelia Rosen
Странно. А этот каков, Шпеер?
Я вот думаю: именно потому, чо я как бы не повторяю, а все время делаю или пытаюсь делать то, чего не было до меня, без меня, потому ли я так легко догадалась насчет той истории? Или зло так же естественно, как любой акт творения?

2010-07-10 в 13:21 

Sophia Aurelia Rosen
Да уж: тяжела доля автора - то сахарными образами Шерлока Холмса рожать придется, то вот проглатывать куда как нечахарных авторитетов в гитлеровской иерархии.

2010-07-10 в 15:24 

Sophia Aurelia Rosen
Может, для начала его мне покажешь? Он же уже давно не здесь.

2010-07-10 в 17:00 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Это был архитектор, с Гитлером дружил - у того ж был несостоявшийся роман с архитектурой. Потом - про причине конформности и неумения спорить с фюрером был возвышен, возглавлял военную промышленность в 42-45 гг. Потом попал на скамью подсудимых, осознал всю глубину своего падения, и именно потому не повис, а сел на 20 лет. Отсидел, вышел.

2010-07-10 в 17:06 

Sophia Aurelia Rosen
- А как это - поначалу с Гитлером дружить? кто из них был центром притяжения?

2010-07-10 в 17:13 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Я думаю, речь идет о взаимном интересе, общих темах для разговоров. А в Нюрнберге на вопрос об отношении к Гитлеру он ответил?: "Если бы у Гитлера были ддрузья - я назвал бы себя его другом". В мемуарах очень эмоционально описаны переживания: Гитлер загонял себя, и Шпеер это видел, переживал за него, сам себя загонял. А уж описания последних дней Рейха. Дурдом и во всем дурдоме один нормальный человек, который ведет себя так, как вела всегда. Ева Браун. Кстати, забавно, как он врал по поводу того, что понятия не имел, что творится в концлагерях. Но его подлавливали на том, что он признавался, что все отлично видел и знал. Как говорится - врать он умел, но все дело в количестве выпитого.

2010-07-10 в 17:27 

Sophia Aurelia Rosen
То есть, именно Шпеер сумел дистанцироваться от человеческого аспекта, от идеологии дела, а весь удариться в... экономику вопроса? Так? То есть есть личные контакты с руководством, текущие сводки, но как бы видеть - и не фиксировать оборотную сторону - убийства на потоке? Что и говорить, мягок. очень мягок.

2010-07-11 в 06:41 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Умение дистанцироваться от человеческого демонстрировали практически все немцы высшего эшелона: Шпеер ведьь входил в самую верхушку. Ты бы Рудольфа Гесса почитала: подробно, деловито излагает все тонкости строительства Освенцима, и так, немного - что таки да, все видел и заставлял эту машину работать безперебойно, А потому начал пить, поскольку нагрузка на психику была повышенная. И при этом ни его дети словно не замечали, что происходит под носом, ни Гудрун Гиммлер, которая в Освенциме увидела "замечательный сад" - и все. Гудрун, кстати, до сих пор пламенная наци. Такое вот четкое отделение части рассудка от целого. Я вот все думаю - может, эта бестолковая, с точки зрения жертвы жестокость нужна была как упражнение для психики. Чтобы приучить себя к мысли, что вот там - не люди и вообще не живые существа? Что по отношению к ним можно все и без церемоний?

2010-07-11 в 07:49 

Sophia Aurelia Rosen
Наверное, так - часть не столь уж убедительно отделяется от целого. Современные люди ведь в своей массе не могут сами забить свинью, прирезать барана и жутко возмущаются, когда вдруг во дворе многоэтажки вдруг это кровавое дело разворачивается, с большим или меньшим количеством неизбежных подробностей смерти. В подавляющем большинстве городсткие обитатели уж вовсе не хищники по складу психики. Деревенские лучше себе представляют - способны, или нет. Медик, побывавший в анатомичке не раз, знает точно. Нарастающая разница между тем, как человек хочет о себе думать и тем, что он про себя знает - это, конечно, возможная причина для пьянства, причем до промешательства.

2010-07-11 в 08:02 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Я вот думаю, может, имеет смысл к Дитриху съездить? Он ведь живет где-то, и скорее всего - это не ад. Не верил он в ад. Это Нифхель, или, возможно, какое-нибудь пограничное со скандинавскими мертвятниками владение.Хоть посмотреть на старого скунса в реальности. Что это хорь - я почему-то не сомневаюсь.

2010-07-11 в 08:08 

Sophia Aurelia Rosen
- Давай побываем. Я думаю, он все же довольно обычный из куньих, не очень крупный и не самый вонючий, разве что беспрецедентно драчливый и задерганный среди плотного скопления хищников. Мне кажется он вообразил себя кем-то стайным, как кабан, а оказался нервным одиночкой. и из скопления этих огромных и всеядных не выскочишь, придется бежать, изо всех сил изображая, что быть вместе со всеми, это полный кайф. А как происходит остановка на победном марше или надавали стаду по пятакам до кровавых потерь, так на ночном отдыхе ух, как некайфово. И своя мадам все в строй гонит, покусывает неслабо.

2010-07-11 в 08:12 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Еще немного и я его пожалею. - смеюсь. - А ведь если наша догадка верна - сыну-овчарке в папиной компании было бы комфортнее, чем папе-хорьку. Как хорьку живется в стаде/стае я отлично знаю. Хотя - он нашел нишу. Психолог тонкий.

2010-07-11 в 08:17 

Sophia Aurelia Rosen
-И когда мы напрвляемся к нему? Думаю, только очкень уязвимый и тонко чувствующий свою уязвимость человек может легко находить у других места, по которым бьет без промаха и причиняет наибольшую боль. знает и наблюдает внимательно, сочувствует и наслаждается своей отстраненностью от этой боли - это не у него болит, это он Вас достал!

2010-07-11 в 08:19 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Может, завтра? Что-то говорит мне, что профессора лучше не трогать завтра. Во-первых, переобщается в целом, Во-вторых, Фрида награни истерики. И что-то подсказывает мне, что итерика будет показана не мужу.

2010-07-11 в 08:25 

Sophia Aurelia Rosen
Я бы вообще рекомендовала на профессора, когда он настроился на массовое общение, смотреть издали. Потому что это будет работа. Он защищен будет и станет эдакий танец среди змей изображать, не до откровенности ему, это выбьет его из колеи.
То есть, одно дело, когда Профессор весь нацелен создать у тебя определенное впечатление, он весь работает на это впечатление и не может отвлекаться, или он работает на группу и держит ее. Устает он и так, и эдак(что, по-моему, характерно лишь для живых, не для уже не-живых), и вот тебе самому выбирать, в каком порядке...
Кстати - мы возвращаемся, или обираемся тогда до Улы?

2010-07-11 в 08:28 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
- Ула - это обязательно! - киваю. - Но нам бы с ней познакомиться, договориться.

2010-07-11 в 08:54 

Sophia Aurelia Rosen
-Когда - поскорее? Или потом?

2010-07-11 в 09:28 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Я задумываюсь: надо бы позвонить, сотовый вот есть.
Набираю номер. Она отвечает и очень быстро.
И наредкость легко назначает встречу - в кондитерской недалеко от ее дома. В два часа дня.

2011-12-27 в 14:38 

А что вы тут обсуждаете? Просто вы очень интересно общаетесь, камрады.

URL
2011-12-30 в 13:40 

Hermann Krause
ровным счетом ничего
Ларс, я все еще жив

URL
2011-12-30 в 15:59 

Ларс Бьернсон
Where is the souvenir shop at your crematory?
Знаете, профессор, я это еще летом понял. Напишу я о вас, просто, не так скоро, как вам бы хотелось :)

2011-12-30 в 16:12 

Hermann Krause
я буду польщен.
ПУсть нескоро. Начало было хорошим, про взрослого - тяжелее и не так внятно.

URL
     

Призрак

главная